Skip to content

Букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади magazine Gold Mustang, August issue #8() by Irina Rezaeva (Fartusova) - Issuu

Akinozragore

Семейное мероприятие прошло как в тумане. Клеттенберги начали с аренды денников, а через некоторое время стали снимать всю конюшню целиком.

Вик Гершкович, лучший в одиночной игре, обладал значительным преимуществом: он был пожарником мог тренироваться во время работы, так как в пожарном части был теннисный корт. Моэй Оренштейн, лучший игрок в парном теннисе, тоже имел возможность дополнительных тренировок: ходили слухи, что он разминал ноги, бегая букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади поручениям нелегальных букмекеров.

Арти играл в паре с Битым — строителем, прозванным так за свои руки, и со Слесарем. Игроки особенно выкладывались, когда на их игру делались ставки.

Такая игра редко обходилась без двух-трех драк и замены судьи. К концу игры парни были сплошь в синяках, так как по правилам игроку, который отбивал мяч и блокировал противника, не сходя с места, начислялось дополнительное очко.

Единственным способом зашиты было сбить блокирующего собственным телом или мячом. Эти твердые черные мячики с расстояния в два фута врезались в спину со скоростью миль в час.

Матчи неизменно растягивались на несколько часов, поскольку игроки всегда затевали споры со зрителями и судьей. В те времена физическая сила применялась в профессиональном сквоше не реже, чем в гандболе, баскетболе или футболе.

Все тут же принялись от него уворачиваться. Сегодня сквош — джентльменская игра. Я отнесся к английской системе вполне серьезно. В году я выигрывал в финальной игре национального чемпионата со счетом Мой противник блокировал меня, и я запустил в него мячом.

То же я испытываю, когда после долгих уверений в незыблемости рынка дилеры выходят из игры. В моем офисе всегда действуют как минимум три прямых телефона с предварительным прослушиванием, так что провинившиеся брокеры не смогут больше продолжать работать со. Хотя это не имеет значения для моего сегодняшнего состояния так же, как и для счета в том давнем матче.

Главное для меня — соблюдение правил игры и упоение собственным величием. Только один резко отличался от всех игроков — Арти. По всеобщему мнению, Арти был воплощением истинного спортсмена. Однажды, букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади в паре с отцом, мы в отчаянной борьбе проиграли матч. Я не выдержал и закричал на него:. Ты играешь в паре со мной или с ними?! Это всего лишь игра.

Если для тебя так важны эти несколько очков, ты не заслуживаешь победы. Всегда решай спор в пользу соперников, и тогда ты увидишь их с лучшей стороны. Я обожал рассказывать Соросу, каким замечательным человеком был Арти. Однажды я рассказал ему эту историю. Горячая линия связывала два красных телефона, на его столе и на моем. Джордж выслушал меня и что-то пробормотал по-венгерски — я принял это за выражение его уверенности в том, что я пошел в отца.

Через три недели он объявил аудит [Аудит, аудиторская проверка -проверка состояния финансовых документов. Так как же называлась фирма, в которую ты позвонил, чтобы перевести ту убыточную сделку с твоего счета на мой? Вероятно, благодаря такому скептицизму в том числе и по отношению к себе Джордж и стал легендой. Один только факт, что я рассказал ему историю, представляющую меня в выгодном свете, уже насторожил.

Должен признаться, что это присуще и. Мне понадобилось много времени, чтобы понять слова отца, и еще больше, чтобы применить их на деле. И в году я понял, как закрепились во мне его уроки. Это произошло на турнире по сквошу Гэрри Коулса, в утонченной атмосфере шестого этажа гарвардского клуба в Нью-Йорке. Англичане традиционно оживляют все виды деятельности заключением пари.

Мы с дядей Хауи скинулись и внесли некую сумму за. На следующий день моим противником в матче был Бобби Хезерингтон, священник епископальной церкви из Буффало, один из лучших спортсменов, которых я встречал в жизни.

Он занимал второе место в турнирной таблице. Первый гейм я выиграл со счетом Дядя Хауи впервые в жизни наблюдал с галерки настоящий сквош.

Прикинув шансы на выигрыш, в перерыве он спустился ко мне:. Из девяти очков восемь были твоими штрафными, и ты сам выкрикивал о них прежде, чем судья открывал рот. Я как сейчас вижу лицо Хауи, на котором отразились смешанные чувства. Совершив попытку вразумить меня и улучшить шансы на выигрыш, он умчался обратно на галерку. Я стараюсь играть честно в биржевых сделках. Я не даю преференций [Преференции — различные скидки и льготы.

Хочу заметить, что ни особой честностью, ни бесчестностью я не отличаюсь от прочих представителей рода человеческого. Я взял себе за правило поступать с противниками, как учил меня Арти. Забавно, что при этом мне еще не встречался деловой человек, который не считал бы себя честным, включая самых отъявленных мошенников. Не сомневаюсь, что найдутся люди, готовые сказать то же обо. В бизнесе далеко не уйдешь, если дашь понять партнерам, какого низкого мнения ты об их честности.

Наряду букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади азартными играми еще одним моим пороком в детстве букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади взрывной характер. Когда судья начислял штрафное очко, я тут же высказывал ему все, что думал по этому поводу.

В паре для меня не было худшего партнера, чем отец, так как с ним постоянно приходилось добывать два очка, чтобы засчитали. Проиграв первый гейм, когда на кону были деньги, я обругал своего взрослого противника за то, что он не давал мне играть, швырнул ракетку ему в голову, выхватил свою ставку двадцать пять центов из шляпы и бросился бежать.

Арти бросился вдогонку. Вернись и немедленно извинись, пока я тебе не всыпал как следует. С этими словами он провел прямой удар мне в плечо. Он состоял в сборных Бруклинского колледжа по борьбе и по футболу. Прошло 45 лет, а я все еще помню боль того удара. С тех пор я выигрывал множество матчей благодаря тому, что мой противник, тратя собственные силы, пререкался с судьей.

Спекулянту легче всего переложить вину за собственные ошибки на трейдеров, исполняющих его указания. Особенно соблазнительно сорвать на них гнев, когда терпишь убытки, тем более если их неумелое исполнение указаний усугубило ситуацию. Сколько раз я слышал их бестолковые оправдания, за которыми, я уверен, не скрывается ничего, кроме низости. Он в ярости и, без сомнения, закроет свой счет и немедленно подаст в суд на меня и моих агентов.

Так как деньги в биржевой игре я теряю часто разумеется, в результате плохой работы брокеровмой брат Рой запрограммировал компьютер на произнесение этого послания синтезированным голосом, с соответствующими убийственными интонациями и ритмом. Помню, как однажды Джек Крамер запустил теннисной ракеткой в судью на чемпионате Калифорнии для возрастной категории до 13 лет. Увидев, что его отец подходит к судье, Джек был счастлив. Отец Джека подошел к сыну, переломил ракетку через колено и заявил, что игра в теннис для него прекращается на все лето, а если он еще раз поведет себя так безобразно, то не выступит больше ни в одном турнире.

Как-то Джек заметил в разговоре со мной, что этот случай, когда он пререкался с судьей, был последним в его великой спортивной карьере. Я уверен, что полученные Джеком и мной уроки — лучшая подготовка к успешной карьере спекулянта или к любому другому виду деятельности. Они избавили нас от беззастенчивой агрессивности, которую с детства прививают профессиональным атлетам. Каждый раз поздним вечером, когда Арти возвращался с дежурства, дома повторялся один и тот же семейный ритуал.

После пира он садился у моей кровати, и мы беседовали о том, о чем чаще всего разговаривают мальчики с отцами, — о спорте. Арти учил, что для того, чтобы всегда быть лучшим, нужно быть экономным, стремиться к наилучшим результатам при наименьших затратах. У Марти был универсальный удар.

Справа он бил по мячу таким движением, каким шулер кидает карты на стол, ударом слева запускал его вверх свечой. Его удары и слева, и справа были одинаково сильны и идеально сбалансированы. Марти всегда был готов отбить и боковой, и резаный удар. Как-то он провел 50 матчей, ни разу не пропустив резаной подачи.

Частенько он играл в защите, отступив на три метра от края стола, особенно против своего неизменного противника Дика Майлса. Точность и контроль силы удара были отличительными чертами Марти. В году на чемпионате мира по настольному теннису в Стокгольме он завершил четвертьфинальный матч раньше, чем играющие за соседним столом открыли счет а начинали они одновременно.

Произошло это, кстати, на двадцатой минуте. В теннисе такой же экономичностью движений и точностью отличался Кен Роузвелл. Пример панегирика поэзии движения — это описание Джоша Гибсона — вероятно, величайшего бейсболиста в истории,- которое принадлежит Джуди Джонсон, его первому менеджеру:. Умение экономить средства выразительности создает сильнейший эффект. Вик Гершкович никогда не суетился, отражая удар. Им поневоле приходилось выбирать какую-то одну сторону, что выглядело не слишком эстетично.

Твоя ракетка делает слишком большую дугу.

Скачки в России

В пробежке ты набираешь излишнюю скорость и слишком резко останавливаешься, а ракетку задираешь так, будто отдаешь честь. При подаче слишком высоко подпрыгиваешь, а мячи принимаешь либо над сеткой, либо между ног. Будь спокойней. Не суетись. Старайся сгруппироваться.

Брось выкрутасы, сосредоточься на главном. Фиксируй глазами мяч. Я не забываю о своих недостатках, когда играю в сквош. Эхо, отражающееся от стен, доносит до меня шепот галерки.

Он же двигается как слон! Свою неуклюжесть я стараюсь компенсировать повышенной предусмотрительностью. При подаче я посылаю мяч как минимум сантиметров на десять выше сетки, в отличие от противников, которые, рискуя потерять очко, предпочитают бить как можно ближе к. Так же я действую и в спекуляциях, никогда одновременно не играя на повышение и на понижение. Однажды мне пришлось услышать и более лестное мнение о.

Но он напоминает Хонуса Вагнера — лучшего бейсболиста из тех, кого я. Тот мог взять любой мяч. Этот малыш тоже рожден для спорта. Только бы характер не подвел.

Да, я научился контролировать себя — благодаря проигранным матчам в колледже, когда я спорил с судьей и от злости лупил кулаками в стену. Все виды спорта, которыми я занимался, требовали максимальной самоотдачи. Зря растраченная энергия дает противнику преимущество. За исключением нескольких уникальных личностей, встретившихся мне в жизни, — таких, как Марти Хоген в теннисе, Бейб Рут в бейсболе или Джордж Сорос в биржевой игре, — все добивавшиеся успеха в жизни обладали врожденной способностью экономить силы при работе.

Он придвинулся ко мне поближе, чтобы слышать по радио результат игры. Дядя Хауи не любил мельчиться. Мы с Хауи подсчитывали выигрыш. Пренебрегая службой Йом Киппур, мы слушали прямой репортаж матча, пряча транзистор. И вдруг в игре наступил перелом. Затаив дыхание, мы ловим слова комментатора. Кубок. В течение пяти минут букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади с Хауи вознеслись и вновь опустились на землю.

В те же минуты, когда мы предавались отчаянию, в одном из баров Бруклина заливал свое горе один богатый гандболист и шахматист. Этот расстроенный человек был таким же отчаянным болельщиком! Как все великие люди, он ни в чем не полагался на случай. Прежде чем рискнуть, он изучал и анализировал каждую деталь своих планов и инструментов. Накануне Уилли совершил побег из тюрьмы в Пенсильвании и скрывался в пуэрториканском районе рядом с Флэтбуш и Букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади авеню в Бруклине.

Как всегда, Уилли заранее все спланировал. В тюрьме он изучил испанский. Он знал, что в этом районе люди читают газеты только на испанском языке, а в них они вряд ли обнаружат его фотографию, помещенную в ведущих газетах Нью-Йорка. В тот день, когда «Джайантс» разбили «Доджерс», Уилли смотрел игру по телевизору. На стадион он не пошел, опасаясь, что среди зрителей могут оказаться полицейские. В своих воспоминаниях он пишет об этой игре:.

Я готов был пойти в участок и сдаться. Болеть за «Доджерс» — значит cокращать себе жизнь. Даже когда они выигрывают, как в году, то заставляют тебя перенервничать до смерти» Квентин Рейнолдс, «Я, Уилли Саттон».

Если этот матч так подействовал на Уилли, что один из величайших в истории мастеров по ограблению банков и побегам из тюрьмы был готов сдаться полиции, легко представить, что испытывали такие простые смертные, как мы с дядей Хауи. В наше время, как утверждается, показатели японской бейсбольной команды «Джайантс» непосредственно влияют на биржевой индекс «Никкей».

Когда «Джайантс» побеждает, индекс Никкей повышается. В Букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади Штатах сегодня вряд ли найдется настолько обожаемая бейсбольная команда, как «Доджерс» в х или сегодняшние «Джайантс» в Японии. Любопытно было бы изучить влияние «Чикаго Буллз» на курс государственных обязательств США на Чикагской фондовой бирже. Уилли Саттон — идеальный пример того правила, что «успех в любом деле требует тщательной подготовки каждой детали и абсолютной сосредоточенности».

Прежде чем ограбить банк, Уилли неделями и месяцами букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади. Он переодевался в форму полицейского и настолько идеально входил в эту роль, что отвечал на обращения граждан и регулировал дорожное движение. В свое время отец обратил мое внимание на те страницы мемуаров Уилли «Где были деньги», на которых описывались его методы подготовки:. Я всегда был настолько поглощен предстоящим делом, что, едва надев полицейскую форму, уже чувствовал себя полицейским.

Я оставлял машину в паре кварталов от банка и шел к нему, автоматически фиксируя глазами двери каждого магазина. Нередко ко мне обращались с вопросами, как пройти туда-то. Несколько раз водители обращались ко мне с просьбой разрешить оставить машину в месте, запрещенном для парковки, — им только сбегать на минутку в магазин.

Я сурово отчитывал их: как можно просить полицейского нарушить правила? Однажды в Филадельфии я в полицейской форме переходил улицу в людном месте, и меня остановил патрульный полицейский. Капитан долго распекал меня за расстегнутый воротник. Мне было очень стыдно — «да, сэр, слушаюсь, сэр, совершенно недопустимо, сэр» — не потому, что полицейский остановил меня возле банка, который я собирался ограбить, а из-за того, что меня отчитал старший по званию.

Я был весьма примерным полицейским до последней секунды, пока снова не превращался в вора» Уилли Саттон, Эдуард Линн, «Где были деньги». Любимой поговоркой Уилли было: «Есть план». Почти вся полиция единодушна в том, что в разработке и исполнении планов ограбления банка еще не родился равный Саттону. Он учитывал риск и всегда искал слабое место в охранной системе банка. Его первое ограбление, совершенное в универсальном магазине в возрасте десяти лет, было тщательно спланировано.

Когда его посадили, все свободное время он посвящал проблеме выхода из тюрьмы либо путем побега для этого он изучал чертежи тюремлибо в результате суда для этого он изучал судебные прецеденты. Он нигде не учился, зато изучил благодаря тюремным библиотекам психологию, литературу, философию, медицину и право.

Его юридические штудии вполне оправдали себя, когда он добился помилований после десяти лет изучения судебных прецедентов. Его адвокаты к этому времени давно сдались. Если хотите добиться успеха в биржевых спекуляциях или в любом другом деле, будьте так же целеустремленны, как Уилли. В юные годы мы с двумя приятелями составили план, как разжиться карманными деньгами.

Купальни Брайтон-Бич примыкали к общественному пляжу. В дни национальных праздников — Дня Поминовения или Четвертого июля — на пляже собиралось более двух миллионов человек.

Разносчики сновали по пляжу с килограммовыми коробами мороженого и льда. Шла бойкая торговля прохладительными напитками. Мы втроем организовали товарищество по сбору бутылок, брошенных отдыхающими на берегу.

За каждую сданную бутылку мы получали два цента, и в хороший день наша усердная команда — Стив, Рене и я — зарабатывала долларов около долларов в сегодняшнем масштабе цен. Добычу мы таскали в картонных коробках. Однажды, усталые и разгоряченные, мы с партнерами остановились на висячей мостовой освежиться холодными напитками и подкрепиться лепешками.

Пока мои партнеры делали заказ, я держал коробку. Замечтавшись, я не придал значения тому, что моя коробка потяжелела. Внезапно, как гром среди ясного неба, грянул вопль продавца: «Полиция! Полицейский не заставил себя ждать. В коробке среди пустых бутылок оказались бутылки минеральной воды, оранжада, имбирного пива и лимонада. Что же будет, когда ты вырастешь? Скажи мне свое имя. Сейчас заполню на тебя карточку как на малолетнего преступника и сообщу родителям.

Когда я рассказал отцу обо всем, что случилось, он вспомнил историю о быке, которого держали на бойне в те дни, когда он там работал. Все стадо двигалось за. Только почему-то он каждый раз умудрялся затеряться в суматохе и снова оказывался внизу помоста, чтобы увлечь за собой новые жертвы.

Тебе в жизни встретится немало таких «друзей». Если хочешь жить долго и счастливо, держись от них подальше. Если не уверен в человеке, убедись, пойдет ли он с тобой по помосту до конца». Рынки склонны вести себя так же, как тот бык-предатель».

Нескольких заманчивых движений в одном направлении вполне достаточно, чтобы убедить инвесторов совершить ошибку. Таким же образом нередко управляются рыночные котировки [Котировка — установление курса ценных бумаг на фондовой бирже — Прим. После этого первого опыта партнерства в Брайтоне мне встречалось множество «друзей», которые норовили завести меня на бойню, предлагая обычно налоговые льготы на инвестиции.

Друг заявляет, что вкладывает все свои сбережения в сделку с человеком, которого считает лучшим в бизнесе. Основываясь на его заверениях и желая получить налоговые льготы, я вкладываю деньги, и вдруг оказывается, что приятель решил воздержаться от участия в сделке. Не то чтобы эта сделка сама по себе была убыточна — просто подвернулась другая возможность, и он вложил все деньги. В девяти случаях из десяти результат предсказуем: я теряю все вложенные деньги и, кроме этого, право на налоговую скидку, в которой и была главная привлекательность сделки.

На моей памяти инвесторы теряют на сделках, сулящих налоговые льготы, больше, чем, пожалуй, от любого другого вида мошенничества.

Виктор Нидерхоффер “Университеты биржевого спекулянта” – Клуб професійних перемовників

Кинув меня подобным образом, мои партнеры великодушно предложили мне заключить пари на партию в теннис. Я должен был играть левой рукой в паре с левшой Стиви, который должен был играть правой рукой. Рене играл против нас двумя руками — по две подачи каждой, плюс 15 очков форы. Играли до 21 очка. Условия оговорены, деньги положены в шляпу, судья назначен. Однако с самого начала игры стало очевидно, что мой партнер сдает игру, играя против. Он подавал все время в аут, а отбивав ударами, за которые начислялись штрафные очки.

Я выгнал его с площадки. Таким образом, бороться мне пришлось и с противником, и с партнером, отдав 17 очков форы: я потерял еще два очка, прежде чем понял, что происходит. В конце концов мне удалось сравнять счет » и на этом матч прекратился.

Физический перевес был явно на стороне противников, поэтому мне никогда бы не удалось получить свои деньги. Но никогда в жизни я не проявлял большего героизма, чем в этой игре. Это многому научило. Во-первых, игру «сдают» чаще, чем. Подобный предложения звучат зачастую весьма убедительно: «Ну как! Или дадите ему возможность сохранить достоинство, будете играть не в полную силу, выиграете с перевесом в 40 очков и станете богатым человеком?

Во-вторых, какой бы верной ни казалась биржевая сделка, всегда существует вероятность провала. Зачастую реальное положение дел далеко не так хорошо, как. Сделка, которая представляется невероятно выгодной, скорее всего, нереальна, или, как выразился Деймон Раньон:. Сынок, не принимай пари, иначе окажешься с полным ухом пива» цит. Скотт Джоплин прекрасно чуял Уолл-стрит. Недаром его «Уолл-стрит Рэг», написанный в году, предварен пометкой: «Паника на Уолл-стрит, брокеры предаются; печали» Скотт Джоплин, «Избранные сочинения».

Каскад диссонирующих синкопированных малых и уменьшенных септаккордов в до мажоре, охватом в три с половиной октавы, прекрасно передает хаос и отчаяние на Уолл-стрит во время паники года, которая, несомненно, вдохновила композитора. В самый ее пик в октябре года проценты по займам доходили до годовых, банки лопались по всей стране.

Уолл-стрит атаковали толпы вкладчиков, требующих платежей от своих банков. По всей Америке закрывались фондовые рынки и биржи. Первое издание сочинения Джоплина вышло с иллюстрацией на обложке, изображающей возбужденную толпу, осаждающую Нью-Йоркскую фондовую биржу и казначейство. Джесси Ливермор дает прекрасное описание пика Великой паники 24 октября года. Он сравнивал ее с «… опытом во время школьного урока, когда мышь помещают под стеклянный колпак и выкачивают из-под него воздух.

На ваших глазах у несчастного животного учащается дыхание, бока вздымаются, подобно мехам, пытаясь восполнить недостаток кислорода. Мышь начинает задыхаться и умирает.

Вот о чем я вспомнил при виде толпы у стойки по выдаче наличности! Наличных денег нет нигде, акции невозможно продать, потому что их никто не покупает. На мой букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади, в этот миг наступает крах всей Уолл-стрит» Эдвин Лефевр, «Воспоминания биржевого брокера.

Промышленные индексы Доу на 16 октября упали до 53 на 7 января Доу составлял 96,37! Атмосфера бизнеса в году — хорошее напоминание о том, как мало изменились силы, управляющие рынком. Землетрясение и пожар в Сан-Франциско в году и русско-японская война года отвлекли миллиарды от производительного капитала. Крах «Барингс» в году — еще одно напоминание о дамокловом мече. Благоприятные условия для бизнеса и небывалые урожаи вызвали повышение процентных ставок. Новые и новые выпуски акций расхватывали, как горячие пирожки, цены на них достигли рекордной отметки.

Отношения политиков с биржей во время паники года до жути напоминает сегодняшний откат. Цены продолжали падать во всем мире, журнал «Экономист» назвал это «крупнейшей финансовой катастрофой в Нью-Йорке с года» Форест Дэвис, «Сколько стоит Уолл-стрит».

Наблюдая этот спад после десятилетия ненасытного обогащения и сверхприбылей богачей, президент Рузвельт сделал заявление, которое могло бы прозвучать и сегодня из уст любого популиста: «Некоторые преступники, сколотившие огромные состояния, вступили между собой в сговор с целью вызвать максимально возможные финансовые затруднения».

Заявление, сделанное министром финансов в году в разгар мексиканского кризиса: «Меня совершенно не волнуют богачи, которые могут пострадать от спада» — до странности похоже на ответ президента Рузвельта крупнейшему финансисту, который пытался получить льготы для Моргана: «Меня не интересуют ваши богатые друзья». Влияние Рузвельта на рынки стало настолько отрицательным, что когда он всего лишь заявил: «Честность — лучшая политика», вкладчики по всей стране ринулись требовать свои деньги от финансовых учреждений.

В XIX веке паника на Уолл-стрит была подобна морским волнам, захлестывающим тонущий корабль. Типичное описание этого события можно увидеть у Генри Клюза. Он замечает, что в году «цены упали до нуля», а паника букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади была еще страшнее Генри Клюз, «Пятьдесят лет на Уолл-стрит». Вот впечатление нью-йоркского брокера о биржевой панике: «Стадо, несущееся по прериям Дикого Запада, менее подвержено гибельным неожиданностям и беспорядочным метаниям» Джон Фергюсон Хьюм, «Искусство инвестиций».

Сводка получивших наиболее печальную известность биржевых паник. ХIХ века дана в таблице 2. Эти источники — единственное, что дает представление о тех днях, когда не существовало индексов курсов акций. Однако для понимания таких всеохватывающих явлений, как биржевые паники, необходимы точное определение и математическое описание. Приводимая ниже сводка данных подтверждает, что в е годы количество паник достигло 38, а последний раз они имели место в х годах — 4 за все десятилетие, согласно данному критерию.

В е годы паник практически не. Никому еще не удалось установить, чем вызывается биржевая паника. Несомненно, играет роль то, что в биологии называется «стадным инстинктом», а Сорос считает рефлекторным поведением.

В одной из книг столетней давности приводится типичный сценарий развития событий:. В тот день я находился в биржевом зале, где все выглядело на редкость мирно. Все были спокойны и жизнерадостны. Акции стабильны, деньги работают, все довольны.

Вдруг кто-то, представляющий крупную брокерскую контору, выставляет двести акций, принадлежавших одной компании. Рядом с ним находится человек, который, заметив это, говорит себе: «У меня тоже есть эти акции, и если человек, который был в них заинтересован, продает, — значит, это неспроста. Пока есть возможность, продам, пожалуй, свои». Он выбрасывает на рынок акции.

Его примеру следуют. На бирже начинается волнение, и вот уже в ход пошли акции других компаний. Паника нарастает и становится всеобщей. Наступает неизбежный крах. Позже выясняется, что ничего не букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади, просто брокеру, вызвавшему панику, было дано указание продавать» Мэттью Гейл Смит, «Двадцать лет среди «быков» и «медведей» [«Бык» — инвестор, покупающий товары или ценные бумаги в ожидании повышения цен.

Обычно вслед за паникой происходит восстановление и наступает стабильность. Слабые уничтожены, искатели выгодных сделок собирают обломки. Скотт Джоплин великолепно чувствовал все нюансы деятельности Уолл-стрит. Трудно сказать, что служило источником его знаний — щедрый гонорар издателя или консультации моего деда Мартина он был финансовым директором издательства.

Но уже на шестнадцатом такте «Уолл-стрит Рэг» возникает ключевая мажорная мелодия «Наступили хорошие времена», переходящая в средний регистр. Не будь Джоплин так предан музыке, он мог бы, без сомнения, извлечь пользу из старого доброго метода зарабатывания денег на панике.

Старые зубры Уолл-стрит знают, что после паники нужно поспешить на биржу, пусть даже ковыляя и опираясь на трость. К этому времени заслуженные ветераны биржи букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади большей части уже наслаждаются покоем в своих комфортабельных особняках.

Но если биржевая паника происходит чуть чаще, чем раз в год, этих старцев еще можно увидеть на Уолл-стрит. Опираясь на трость, они ковыляют к офисам своих брокеров. Тут они скупают самые надежные акции на все свои деньги — именно для такого случая они и копились на банковском счету.

Паника обычно продолжается до тех пор, пока такие покупки акций за наличные деньги не стабилизируют рынок. С прекращением паники эти старцы, «сушившие весла» в ожидании неизбежного, как смена времен года, события, снова оживают, быстро реализуют свои акции и переводят прибыль на счета.

Если прибыли в избытке, они прикупают перспективную недвижимость, а остаток передают для постоянных инвестиций и снова отбывают в тишину своих шикарных особняков, в лоно любящего семейства» Генри Клюз, «Двадцать восемь лет на Уолл-стрит». Когда закончился тяжелый период годов, ковылять на Уолл-стрит после паники действительно стоило. Сравните это с колебанием в 0,12 после выбранного случайным методом дня, и в 0,88 после однодневного подъема в 7,50 и.

Задраивай люки. Паникам подвержены и рынки фиксированных доходов. Крупнейшее падение цен на облигации со времен краха года произошло 8 марта года, когда они рухнули больше, чем на три полных пункта. Для участников рынка облигаций это оказалось абсолютным шоком. В этот день я покинул уют своего дома, сбежал от своих любящих домочадцев, которые всегда в такое время призывают меня к осмотрительности, и бросился в битву. Если бы у меня достало смелости направить на покупку акций все свои средства, на полученную прибыль я мог бы не работать всю оставшуюся жизнь.

Рост индекса Доу-Джонса в тот день был рекордным. Он поднялся на пункта после того, как в начале торговой сессии он опустился на Такие набеги обычно не приносят покоя в мой дом. В августе года я покупал после паники, последовавшей за увеличением учетной ставки.

И поделом. Я пришел к выводу, что покупка казначейских обязательств в период после паники не приносит прибыли. Подобные операции едва не погубили. В день краха фондового рынка, 19 октября года, я открыл максимально длинную позицию.

Возможно, если бы в такие дни я ковылял с костылем или играл на кларнете, сейчас у меня на счете лежало бы. Когда я начинал играть на бирже, я любил покупать тогда, когда паника охватывала владельцев надежных акций. Азарт прошел, когда я открыл для себя прекрасный мир фьючерсов. Все же было букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади интересно проанализировать все случаи паники с десятипроцентным падением цен по отдельным выпускам акций, обращающихся на Нью-Йоркской фондовой бирже, с точки зрения «скорости реализации дохода».

Таблица 2. Паника может возникнуть не только на бирже, она может случиться везде. Как замечает Дюма в «Трех мушкетерах», во Франции XVII века паника была в порядке вещей, и всякий горожанин имел на этот случай под рукой мушкет или саблю. В книгах XIX века, посвященных ценным бумагам, рассказывается о таких обвалах, по сравнению с которыми события на американской бирже и годов выглядят пустяком. В XIX веке биржевые паники были частыми и бурными, и в биржевом зале Нью-Йоркской фондовой биржи, при всем его великолепии и благообразии, не проходило дня без драки.

Эдвард Дж. Риггз так описывал в году нравы спекулянтов Нью-Йоркской фондовой биржи букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади своем обзоре:.

Известна одна неделя года, когда во время паники ежедневно происходили настоящие драки с катанием по полу. С тех пор брокеры как будто стали поспокойнее» Эдвард Дж. Риггз, «Уолл-стрит, фондовая биржа». Возможно, классическое описание пика паники года, сокрушившей величайшего игрока на повышение тех времен Энтони Морзе, поможет лучше понять смысл подобного события:. И вот буря грянула. Биржевой зал внезапно превратился в кузницу Циклопа, где раздавался грохот тысяч молотов.

Столпы биржи рушились один за другим, и наконец наступила очередь свода. Волшебный замок, возведенный могучим и хитроумным магом, растаял, словно призрачный мираж, развеяв прекрасные надежды. Паника продолжалась без остановки весь день.

Вечерние торги превратились в бесовский шабаш. Толпа разоренных маклеров бушевала, накатываясь на подиум, обезумев от понесенных убытков. Опьяненный исступлением и бешенством, зал гудел от воплей и проклятий.

Все пространство за ограждением заполняли люди, на измученных лицах которых было написано одно: «Спасайся! Она рискнула последним долларом, поставив на «Форт Уэйн», которые продавались по Еще миг она стояла так, а затем исчезла в ночи, дышащей холодом и ветром, навсегда. В хоре проклятий было различимо одно слово — «Морзе». Человеческая натура показала себя в этот миг с худшей стороны — не было такого грязного ругательства, которым бы не сопровождалось имя разоренного финансиста.

Он был низвержен с вершины славы в один день, подобно Люциферу. Те, кто еще вчера превозносили его до небес, теперь наперебой проклинали» Уильям Уортингтон Фоулер, «Десять лет на Уолл-стрит». У этой истории о падении биржевого короля есть любопытное продолжение. Через несколько лет один биржевик заметил вконец обнищавшего Морзе, просившего милостыню на ступенях церкви Святой Троицы, и рассказал об этом на бирже. Бывшие биржевики, бродящие вокруг Уолл-стрит, не имея средств для игры, известны как «привидения» или «дохлые утки».

Кладбищенский сторож церкви Святой Троицы следит за их появлением, но они неуловимы. Если вы спросите, как может привидение жить на Уолл-стрит без денег, я отвечу, что они не живут, а существуют. Риггз описывает ряд известных биржевиков, игравших на короткий срок без покрытия, и дает пророческое предостережение, которое актуально и сейчас, сто лет спустя:.

Но, тем не менее, при всем их желании преуспеть, они влачат сейчас жалкое существование привидений Уолл-стрит. Прошло шестьдесят лет, и они обречены окончить свои дни в «номерах Ист-Сайда» Эдвард Дж.

Я продал свое членство на бирже металлов, но «привидением» пока не стал и могу позволить себе обедать у Дельмонико и в «Четырех временах года». Игры с тяжелым мячом, в которую играл я, больше нет, мяч теперь надувной, в соответствии с духом времени, предпочитающим легкую жизнь.

Иногда, поддавшись на просьбы друзей, я выхожу на площадку в парной игре. Наша команда неизменно вылетает первой, проиграв с разрывом в десять очков. Как «привидение» я менее эффективен, чем «призраки» на Уолл-стрит. Арти часто приходилось распоряжаться телами и имуществом после смерти «привидений» в «номерах Ист-Сайда» — этим эвфемизмом именовали квартал притонов в Бауэри. Он вел дипломатические переговоры с хозяевами, которые нередко требовали уплаты просроченных платежей за квартиру, прежде чем дать возможность похоронить покойника.

Когда умер легендарный Энтони У. Морзе, несколько его прежних друзей, для которых он заработал на бирже миллионы, все-таки скинулись и заплатили хозяину квартиры, так что похоронили его как положено.

Твои компьютеры этого не учитывают». Такое объяснение Арти совсем не устраивало. У него были все основания опасаться старого испытанного метода покупок акций при биржевой панике. Ему было тринадцать, когда на бирже одна за другой произошло 16 паник с десятипроцентным падением, при этом ни одна из них не перекрывалась. Первая случилась 16 апреля года, когда индекс Доу составлялпоследняя — 4 июля года, и индекс Доу упал до Когда мой отец покупал во время этих биржевых бурь, он рассчитывал, что отойдет от дел и со своей семьей поселится в роскошном особняке.

Но в итоге семья очутилась на общественном пляже. Когда я решаюсь на покупки в бушующем море биржевой паники, мне всегда мерещится, что над сделкой грозно смыкаются воды Атлантики. Последствием биржевой паники года для семьи моего деда стали стесненные финансовые обстоятельства на всю последующую жизнь. Я хорошо помню, с каким трудом они наскребали 25 долларов на годовой взнос за купальню в Брайтон-Бич.

Зато в е годы, заходя к ним каждую неделю после уроков музыки, я всегда мог услышать рассказы о кипевших на бирже страстях. Все начиналось с уроков музыки на дому — у Арнольда Фиша, преподавателя теории в Джульярдской музыкальной школе. После уроков мы обсуждали взаимосвязь музыки, спорта и биржи за столом для пинг-понга, букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади у его дома е годы были такими же бурными и прибыльными для биржевых спекуляций, как и е.

Показательно, что индекс Доу в начале сороковых находился около отметкиа в е годы он вырос до ,4. В период роста фондового рынка мой дед Мартин пережил тысячи опасных ситуаций. Играя на коротких позициях, он прошел через все рифы, ожидая повторения крахов х годов.

Позже я был свидетелем торжества аналогичных случаев, касающихся моих друзей: в е годы они играли на коротких позициях, опасаясь повторения краха года. Психологи изучают подобные феномены в своих лабораториях.

Моей же лабораторией была квартира деда на Первой стрит Брайтона. Из ее окон открывался вид на Атлантический океан и на Кони-Айленд Получив свою еженедельную сумму букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади карманные исходы в размере одного доллара, я всегда мог рассчитывать на урок, как следует вести себя на бирже и чего нужно избегать в биржевых спекуляциях. Сначала он продает товар, а потом покупает его на свободном рынке. То же самое на фондовом рынке.

Ты можешь занять акции у кого-то, продать их, а потом опять купить, весь смысл в том, чтобы купить их второй раз по более низкой цене». Это на руку крупным шишкам Благодаря своим связям они могут одолжить акции.

А простые люди, как Берди, даже не представляют, что такое короткая позиция». Я часто вспоминаю эти мудрые слова. Простые люди привыкли сначала покупать, а потом продавать. У таких сделок должна быть оборотная сторона.

Этим занимаются профессионалы. В условиях рынка можно ожидать, что профессионалы сделают деньги на привычке простых людей сначала покупать. Рабочие живут хорошо, а профсоюзным боссам нужно продемонстрировать, как много они делают для простых букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади. Зачем им идти на соглашение?

Мартин так и не забыл кровопускания года и предпочитал закрывать короткие позиции сразу же на следующий день после биржевой паники. Это — одна из тех немногих ошибок, которые я совершил всего два-три раза за всю карьеру. Я не люблю закрывать короткие позиции по акциям. Брокеры всегда найдут причину, чтобы не выплачивать проценты по кредитовому сальдо.

На короткой позиции я теряю проценты, дивиденды и рисковую премию. Сорос однажды сказал мне, что потерял на коротких позициях больше, чем на любом другом виде биржевых спекуляций. У меня аналогичный опыт. Любимый совет авторов книг о быстром обогащении на бирже — короткие позиции для индивидуальных инвесторов — прямая дорога в богадельню. Оказывается, имя «Нидерхоффер» в средние века обозначало посредника, представлявшего в суде интересы аристократов в тех делах, заниматься которыми они считали ниже своего достоинства.

Ничто не изменилось. Я занимаюсь именно этим, представляя центральные банки, правительства, предприятия и крупных спекулянтов — таких, как сам великий Джордж Сорос, который пока великодушно позволяет мне проводить кое-какие сделки при условии, что, сохраняя подобающую скромность, я сэкономлю ему пару долларов. Мартин был старшим сыном в семье иммигрантов, и на него возлагали величайшие надежды.

Он с блеском окончил начальную и среднюю школу, поступил в Сити-колледж, выбрав специализацией бухгалтерию. Во время учебы он выучил несколько языков и подрабатывал бухгалтером в издательстве, где быстро заработал репутацию повесы. Когда у него появилась новая секретарша, Берди, она уже знала, какие слухи о нем ходят. Берди была настоящей красавицей, на голову выше Мартина. До этого работала тапером в кинотеатре. Мартин вызвал ее в кабинет и попросил застенографировать следующее:.

Вы выйдете за меня замуж? Вскоре Мартин занялся спекуляциями недвижимостью на фондовой бирже. Увы, крах года и наступившая вслед за ним Великая депрессия разорили Мартина. Семья перешла на полуголодное существование. У Мартина и Берди было трое детей, которые родились ви году. После года они уже больше не могли позволить себе завести детей. Подобно многим потерявшим все в годы депрессии, Мартин часто посещал судебные слушания по банкротствам в надежде приобрести что-нибудь подешевле.

Пока он проводил время в судах, его сыновья работали коммивояжерами. Однажды Мартину удалось неожиданно легко подзаработать. Судье понадобились услуги переводчика: слушалось дело между двумя сторонами, ни одна из которых не говорила по-английски. Требовалось переводить с испанского и с идиш. Позже Мартин вспоминал, что, несмотря на то что он не владел свободно этими языками, его знаний хватило, чтобы спасти ситуацию. Игра Мартина на бирже стала семейным преданием.

В е годы это были образцовые компании, и, подобно множеству спекулянтов, Мартин так и не смог осознать тот факт, что лидеры вчерашнего дня зачастую становятся аутсайдерами дня сегодняшнего. Оглядываясь назад, я вижу, что три четверти его любимых компаний обанкротились. Это хорошо иллюстрирует общую тенденцию среди гигантов прошлого. Как и во вкусах потребителей, в бизнесе постоянно происходят перемены.

Из 12 компаний, по которым составлялся индекс Доу-Джонса в конце XIX века, лишь одна — «Дженерал Электрик» выдержала испытание временем и существует по сей день. Все остальные либо канули в небытие, либо слились с другими.

Такие компании Питер Линч называл «сорокаковшовой землечерпалкой», именно на них заработал фантастические прибыли фонд «Магеллан». В е годы я лично работал с множеством компаний, акции которых обращались на Нью-йоркской фондовой бирже. Компания по деловым слияниям, которую я тогда основал, делала для них анализ деятельности фирм, в которых они были заинтересованы. Кроме того, я активно консультировал инвесторов в сфере торговли акциями. В то время я знал названия, сферу деятельности и показатели прибыльности практически всех компаний, акции которых были размещены на бирже.

Когда сейчас, спустя тридцать лет, я просматриваю курсы букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади, то с трудом узнаю названия этих фирм. Практически все бывшие гиганты исчезли, изменили названия, были проданы или уступили место компаниям с более обнадеживающими показателями. Бывшие лидеры — промышленные предприятия — полностью уступили место сфере услуг, коммуникаций и стратегического планирования. Такие повороты судьбы в мире капитала научили меня осторожности: я не слишком надеюсь на прибыль сегодняшних фаворитов Уолл-стрит, как бы привлекательно они ни выглядели в данный момент.

В начале своей карьеры Мартин поставил на железные дороги — и проиграл. В XIX веке железные дороги были лидерами рынка, цена на их акции намного превышала цену на молодые промышленные предприятия.

Эти незыблемые твердыни, самые привлекательные в начале века, когда цена акций большинства из них выражалась трехзначными цифрами, клонятся к закату на протяжении последних 70 лет. Чего можно ожидать в аду, как не чертей. Да, эти компании были монополистами на рынке, имели гарантированные заказы на доставку правительственной почты, но, почив на лаврах, с готовностью пошли на убийственные соглашения по заработной плате, отступили перед итальянскими забастовками профсоюзов и т.

Конкуренция со стороны авиакомпаний и других видов наземного транспорта постепенно уничтожила большинство из. Выжили те, кто справился с огромными налоговыми потерями и утратой площадей. Cейчас я понимаю, что большинство людей поколения Мартина потеряли все в период Великой депрессии, и память об этом навсегда искалечила.

Они не только ошибались в выборе компаний. У них появился психологический барьер, который сказался на состоянии их банковских счетов самым плачевным образом. Но этого не случилось ни разу за последние 65 лет, исключая крах в октябре года. Он ограничивался незначительной прибылью, боясь потерять все в случае биржевого краха. Это правило действительно работало в двух третях случаев, но прибыль Мартина поглощалась его убытками, так как он продол-хал держать акции своих старых любимых компаний, которые постепенно разорялись.

Впрочем, его средств еще хватило на то, чтобы купить мне полный лот [Лот партия, серия — единица измерения при сделках. Полный лот — партия ценных бумаг, являющаяся единицей сделок на бирже. Считалось, что я подаю надежды: из уст в уста передавался рассказ о том, как я угостил обедом всю семью в местном китайском ресторане благодаря удачным спекуляциям на игре в теннис. Мартин мог позволить себе покупку полного лота только таких акций, цена которых была менее доллара за штуку.

Он выбрал «Бенгет Майнинг» — самые дешевые акции на Нью-Йоркской фондовой бирже, которые шли по 50 центов за штуку. В среднем столько и теряется на сделках, которые заключают неопытные спекулянты. Все акции — «Бенефишл Файнэнсиз», «Бендиксиз», «Бестс», «Бетлехемз» — во всем мире шли вверх, а «Бенгет» еле шевелился.

Наконец чудо свершилось — акции поднялись до доллара. По совету деда я поспешил снять прибыль в 50 долларов. Акции оставались на уровне доллара за штуку еще пару недель после того, как я их продал, и затем неуклонно пошли вверх. Через три года их цена была 30 долларов за штуку. На протяжении всей моей карьеры спекулянта я много раз совершал одну и ту же ошибку — погнавшись за прибылью, я продавал акции, не дождавшись, пока они поднимутся до своей оптимальной стоимости.

Думаю, что такую ошибку совершали многие. Причина в том, что люди заранее намечают цену, которую считают максимальной. Опытные биржевики имеют более точное представление о колебании цен и вмешиваются, когда цена приближается к оптимальному уровню, готовые переметнуться в противоположный лагерь, поскольку знают соотношение цен, при которых может возникнуть встречное предложение.

Такое вмешательство обычно препятствует достижению потолка цен. Букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади если удается переломить противодействие и цена достигает верхней точки, ждите больших событий.

Я произвел математический анализ неслучайных отклонений от оптимальных цен. Вначале я проанализировал движение цен на сырьевых и фондовых рынках вокруг круглых цифр и нашел, что после прорыва за круглую цифру происходит небольшое падение, а после этого наблюдается явная тенденция к повышению.

Поскольку моя профессия — быть в оппозиции, мне бывает сложно выполнять свои собственные рекомендации. Я часто испытываю искушение продавать сразу же после того, как цена на товар или акции, начав расти, перевалит за круглую цифру. Тогда я напоминаю себе о «Бенгет», и иногда мне удается смирить порыв к быстрой наживе, но, как правило, это случается редко.

Через две недели — еще на За последние пять лет я совершал такую ошибку с индексом Никкей четыре раза. Пора бы научиться! Мартин удостоил меня особой чести — взял с собой в зал, где находился биржевой телеграф.

Такие залы в Соединенных Штатах сейчас редкость, но они встречаются в некоторых азиатских странах. В слабоосвещенном помещении стояло около двадцати пяти стульев, на которых сидели плохо одетые женщины и мужчины. Они не отрывали взгляда букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади извивающейся телеграфной ленты.

То и дело некоторые выкрикивали: «Сталь! Они готовы принять ее». Мартин объяснил мне, что сталь, цена на которую в Соединенных Штатах доходила тогда до долларов, была одним из лучших вложений, которые можно было продать в любой момент. Стоимость акций в долларов была сильно занижена. Ведь только одна акция угольных резервов стоила долларов. И все же с того дня сталь никогда не поднималась выше долларов. Она постепенно упала приблизительно до 10 долларов в году, затем стабилизировалась, стала подниматься и остановилась на 40 долларах.

Они имеют широко разветвленную курьерскую связь, развитую телеграфную сеть. Приобретать акции этой компании — все равно что печатать деньги. Они вне конкуренции». Когда-то стоимость акций «Западного Союза» доходила до 60 долларов, а сейчас она упала до 2 долларов, и тенденции к повышению не наблюдается.

Американцам нравятся две вещи — вкусные конфеты и хорошие жвачки». Мартин добавил, что Таккер ежегодно сообщает о своем многомиллионном бюджете и является агентом валютного рынка, на котором размещает более миллионов долларов — что значительно больше, чем в свое время было у «Херши». Прошли годы, и я стал свидетелем конца бизнеса Таккера. Ветхий барак на Хэмптон-Бич в Нью-Хэмпшире, в котором две девушки вручную заворачивали леденцы и укладывали их в старые банки из-под майонеза, — это все, что у Таккера осталось после того, как он объявил о своем банкротстве.

Финансовые потрясения тех дней не миновали и дом Артура Нидерхоффера. Когда я достиг подросткового возраста, родители решили посвятить меня в экономическое положение семьи. Они часто объясняли мне, что надеются поправить свое материальное положение к тому времени, когда отцу исполнится шестьдесят. Наш общий долг тогда в пять раз превышал годовой доход и составлял 25 букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади долларов.

Расходы росли, и ожидать улучшения ситуации не приходилось. Необходимо было оплачивать уроки музыки для меня и моей сестры, а в ближайшем будущем предстояло еще вносить ежегодную оплату в долларов за обучение в колледже. К счастью, моя мама получила работу преподавателя в нью-йоркской государственной средней школе. В семье деда дела обстояли не. Все ценные бумаги Мартина превратились в ничто. Его спекуляции на фондовом рынке закончились.

Остались лишь воспоминания о «сильных мира сего», с которыми он был знаком еще до краха го года. Место деда на рынке занял. Однажды, после долгого утреннего сидения за телеграфом, Мартин взял меня с собой на большую букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади по Уолл-стрит, и я смог увидеть всех ее обитателей в то время, когда они покидали свои дома и разбредались по кварталам, чтобы наскоро перекусить.

Мы шли мимо окованных бронзой дверей Нью-Йоркской фондовой биржи на й Уолл-стрит, мимо многочисленных брокерских фирм с помпезными названиями, большинство которых сейчас забыто. Они или обанкротились, или объединились. На й Уолл-стрит Мартин показал мне «священный храм» — банк Моргана, настолько, величественный, что на его фасаде не требовалось никакой надписи.

На стеклянных дверях был виден только позолоченный номер — «23». Когда мы повернули вниз на Нью-стрит, где Мартин начинал свою деятельность в «баккет-шоп» [Баккет-шоп англ. Трость не помогла Мартину в биржевых спекуляциях, опыт х научил его осторожности. Старый Фитци потерял все в е, и сейчас он преследует банк: Моргана, где его шарахнуло при взрыве бомбы в м. Бумаги запортилось немало. В голове смешались родственные связи, степени родства, имена, даты рождения и смерти.

Клан Мелёшиных поражал многочисленностью и плодови- тостью. Он успел пробраться и укрепиться в родословных древах прочих известных фами- лий.

И почему я раньше не интересовалась? А еще наличествовали два дво- юродных деда и двоюродная бабка, от которых тянулись обширные разветвления к дядьям, теткам, племянникам, племянницам, кузинам и кузенам Мэла.

По итогам исследования выяснилось, что троюродная кузина Мэла, заарканившая пер- спективного жениха, приходилась родственницей по линии мамы Мэла и к фамилии Мелё- шиных не имела отношения. Но суть не менялась. Родители Мэла тоже посетят торжество. День икс приближался, меня трясло, отчего я не могла сосредоточиться.

Не подейство- вали даже расслабляющие капли последнего поколения, приобретенные в аптеке. Я с сожа- лением вспомнила о скончавшейся настойке успокоительных капелек Альрика. Они помо- гали гораздо лучше, чем разрекламированные средства.

Семейное мероприятие прошло как в тумане. Я здоровалась, кивала, улыбалась. Мэл пожимал руки, представлял меня гостям, приобнимая за талию.

Лудоман раб букмекерской конторы #зависимость #лудомания #ставкинаспорт

А потом поздоровался со своим отцом — обыденно, как со знакомым или с хорошим приятелем. Обменялись рукопо- жатием, кивнули, а я сказала "здравствуйте" Мелёшину-старшему и его жене.

Маме Мэла. Симпатичная темноволосая женщина с выразительными карими глазами ответила вежли- вой приятной улыбкой. Отец Мэла просканировал меня с головы до ног коротким, но емким взглядом, и мы разошлись в разные стороны. Вернее, меня повел Мэл. От волнения отнялись ноги, и если бы он не поддержал, я бы рухнула посреди зала.

Букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади достались места за столиком в компании остепенившейся молодежи, неподалеку, среди свободных и незамужних, сидела Баста в блестящем платье на бретельках. Она пома- хала рукой, приветствуя. Родственники Мэла не бедствовали. Для торжества зал украсили цветами, лентами, воздушными шарами, декоративными иллюзиями.

Если званый обед по случаю обручения обставлен с невероятной роскошью, то какова будет свадьба? Накануне Мэл выдержал пытку расспросами о тонкостях обручального этикета. Обычно период от обручения до свадьбы составляет от полу- года до года. Бедняга в присутствии гостей дает обещание своей избраннице и подкреп- ляет…чем? А-а, еще с этого дня они считаются женихом и невестой, —. Лично для меня званые обеды — лишняя трата денег.

Так, для соблюдения приличий. К слову, после переезда в общежитие Мэл быстро научился считать деньги. Он делил расходы на необходимые и пустые.

Всё, что касалось меня, входило в первую группу затрат. Я ужасно боялась ударить в грязь лицом. Боялась сказать лишнее, боялась не понра- виться родственникам Мэла, боялась показаться высокомерной или, наоборот, зажатой серой крыской. Боялась, что званый обед перерастет в неуправляемый хаос.

На меня, конечно, посматривали, но как на экзотику, и шептались, обмениваясь сплетнями на ушко. А еще я ловила взгляды мамы Мэла и его отца, сидевших за столиками для гостей старшего поколе- ния. Однажды наши взгляды перекрестились, я улыбнулась маме Мэла, и она ответила тем.

Мэл придвинул стул и сидел рядом, обнимая. В торжественный момент вручения обещания зал озарился фейерверком фотовспышек, а гости засвистели и зааплодировали. Мне вдруг вспомнились фотографии, которые моя покойная тетка рвала и бросала камин.

Кому нужны счастливые лица на снимках, если счастья больше нет? К нам проскользнула Баста. Превращаюсь в ленивого слизня. Почему в слизня? Мэл посмотрел на меня недовольно и перекинул взгляд на мои ноги. А что? Я — сама культурность. Ни грамма скандала: длина платья — два сантиметра выше колен. И всё равно Мэл хмурился. Но потом успокоился. Положил руку на спинку моего стула и вполголоса рассказывал о собравшихся: кто есть кто, как зовут, степень родства или отсутствие такового.

Разрумянившаяся девушка обмахивалась веером. Он не сказал "мы поедем". Он спросил, сколько времени я собираюсь кататься по курортам западного побережья. Постараюсь обернуться. Букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади хочу увидеть маму. Концовка праздника померкла. Уж лучше бы Мэл не задал свой вопрос. Я твердо запланировала, что когда-нибудь, а точнее, после окончания четвертого курса, навещу побережье.

И приложу все усилия, чтобы попасть. А Мэл останется на Большой земле. Наверное, наша разлука станет проверкой крепости отношений. Но я обязательно вернусь обратно, и как можно скорее, — успокаивала.

Ничего страшного. Представим, что уезжаю в командировку. Правда, в длительную, но с билетом в оба конца. Мэл тоже задумался и погрузился в молчание. По приезду в общежитие он занялся оформлением доклада по теории культов, делая вид, что увлечен темой предмета. Или в действительности увлекся. Кот отирался возле Мэла, составив ему солидарную мужскую компанию. Он погрузился в науку, пропадая в закрытой лаборатории на пятом этаже, — об этом регулярно сообщали проверен- ные источники.

Точнее, это студентки обсуждали работу и личную жизнь своего идола. Я тогда выслушала с открытым ртом, ни на миг не заподозрив, КОГО подразуме- вал профессор, говоря о нареченной. Правда, он имел в виду не меня, а ту, что стала моей неотъемлемой частью. Как ни пыталась я примириться со звериной составляющей, а всё равно инородные гены остались для меня чужими.

Наследники Ваньки Каина (сборник) [Валентин Саввич Пикуль] (fb2) читать онлайн

Прежде всего, потому что они выворачивали характер наизнанку. В полнолуния из меня лезли агрессия, жестокость, непредсказуемость, легкомыс- лие. Я провоцировала и искушала. Быть может, несдержанность проистекала из неопытно- сти, но мне было не у кого позаимствовать хотя бы толику взрослости. Животные порывы принимал на себя и сдерживал Мэл. С Альриком я пересекалась лишь на лекциях. По практическому курсу для меня соста- вили специальную программу, которую вел преподаватель от Министерства образования.

Наверное, сей факт ущемил гордость профессора Вулфу как специалиста своего дела, но мужчина не подавал виду. На индивидуальных занятиях я с завязанными глазами рисовала символы и руны, а преподаватель контролировал их правильность условной меткой. Например, прицеплял волну, и узор вспыхивал как головка у спички.

В случае неудачи белибердень стиралась, и попытки возобновлялись. Прочие лица — деканы и проректриса, — ставшие свидетелями рассказа о западном син- дроме, тоже не афишировали подробности. Или они посчитали доводы профессора и, соот- ветственно, Гобула, притянутыми за уши, или не рискнули высказываться публично, побо- явшись, что их сотрут в порошок те, кому выгодно поддерживать легенду об инвалидной висоратке Папене.

Царица и Стопятнадцатый как ни в чем не бывало читали лекции и вели индивидуаль- ные занятия, а с двумя другими деканами мои пути не пересекались.

Однажды мы пришли в институт, а звонки перестали горнить. Вот так, к полнейшей неожиданности, пропали наигрыши и воздушные волны, освежавшие закутки и коридоры альма-матер. Народу понаехало видимо-невидимо: сплошь высокие шишки и чины, которые обла- зили подвальные катакомбы вдоль и поперек.

Администрация института в лице ректора поседела от переживаний. Искали-искали, а так и не нашли вразумительные объяснения поломке горна. Составили трехсторонний акт обследования от института и двух мини- стерств о том, что устройство под названием "горн" находится во временно нерабочем состо- янии или, иными словами, законсервировано, повздыхали разочарованно и разъехались. Теперь о начале занятий и о переменах сообщал обычный звонок, трезвонящий на высоких визгливых нотах, и студенты не прятались от воздушной волны, пережидая в туа- лете или на крыльце института.

По этому поводу я испытала разочарование. Все-таки горн считался изюминкой института, а с его поломкой стало гораздо скучнее. Если убрать и Мон- теморта, то даже святой Списуил не спасет положение, задирай он пятки хоть до люстры. Попечалилась я и призадумалась.

Может, мой дар повлиял и на горн? Тот взял и рас- хотел работать. Обленился и сломался. Действует ли синдром на технику? Вроде бы часы не ломались, как и холодильник с печкой для подогрева. Что теперь будет с горнистами?

Вечером я позвонила Стопятнадцатому. Неуместный и поздний звонок. Чело- век отдыхает, а его отвлекают. Их долг уплачен в любом случае. А те, кто должен сменить юношей, просто-напросто отдадут долг отчизне иным спо- собом. Простите, пожалуйста. Никто из них не виноват. Хотя уже неважно. Да, наш пострел везде поспел. Засунул нос во все дырки и залез во все щели. Покажите, где нас не. Через несколько дней меня вызвали в деканат, и Стопятнадцатый, поглядывая на бес- страстных охранников, сообщил, что по ходатайству Франца-Иосифа мне предлагают место младшего лаборанта на кафедре сложных составов.

Треть ставки, пятнадцать висоров в неделю, два часа ежедневного труда, начиная с первого дня летней сессии. Подвижки про- изошли из-за увольнения Ромашевичевского, благодаря чему освободилась строчка в штат- ном расписании. Новый препод по теории снадобий спал и видел меня на месте младшего лаборанта, в стерильном халате и в марлевой повязке.

Я открыла рот, чтобы отказаться, но Генрих Генрихович привел неоспоримые преиму- щества трудоустройства. Во-первых, лаборантство предполагало обеспечение clipo intacti 2, пусть и в упрощенной форме. Простота и облегченность требовали обновлять щит каждый квартал, но всё-таки это какая-никакая защита от возможных поползновений. Во-вторых, теория снадобий удавалась мне лучше остальных предметов. Почему бы не воспользоваться моментом и начать профессиональную деятельность в том, что хорошо получается?

Я обещала подумать и дать ответ при первой же возможности. В посулах декана меня, прежде всего, привлекла возможность получения clipo intacti. Судьба дает шанс! С щитом присутствие охранников перестанет быть обязательным, по крайней мере, в институте.

Шкафообразные двухметровые детины, прикрывающие тылы, стали постоянной мозо- лью. Мне приходилось одергивать себя, чтобы не сказать и не сделать лишнее, потому что каждый мой шаг досконально изучался в ДП по рапортам охранников. Подумаешь, два дополнительных часа в стенах альма-матер. Я и раньше неплохо справлялась, работая в архиве. А уж с распорядком дня улажу: подтяну, уплотнюсь. В общем, постараюсь. Но прежде следовало обсудить вопрос с Мэлом. Тем не менее, возле института установился круглосуточный пост из одной-двух репортерских машин.

Во-первых, они не знали о дырке в заборе или не приняли её всерьез, а во-вторых, идея Вивы с переодеванием подтолкнула меня дальше и в том же направлении. Поменяй цвет и длину волос, приспособив паричок, спрячь глаза за темными очками, и лопушки-папарацци не заметят, что букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади ускользнула из сетей.

Хотя интерес репортеров упал, в прессе регулярно появлялись наши с Мэлом фото- графии — две-три штуки в неделю. Кадры, ухваченные случайно или исподтишка, были тем интереснее для читателей, что являли миру романтичность наших отношений. Вот на бан- кете Мэл наклонился к моему уху и что-то рассказывает, а я улыбаюсь, слушая.

Или мы стоим на лестничном пролете в Опере, и Мэл держит мои руки в. Фотограф не знал, что я умудрилась занозить палец, и Мэл извлекал микроскопическую частичку, ворча, что только мне повезло найти занозу в заведении, где перила отшлифованы годами и сотнями тысяч рук.

Ненавязчивая подборка фотографий с парочкой светских деток, милующихся по разным углам, понемногу откладывалась на подкорке у обывателей, и однажды я с превели- ким удивлением узнала, что мы с Мэлом попали на третью строчку ежемесячного рейтинга "Влюбленные года".

После истории в ресторане "Ривьера" Мэл согласился на лаборантство и на получение сlipo intacti3. По замыслу Вивы я должна была показать своему мужчине, чего он лишился, ограничив мою свободу. Мол, сюрприз не удался бы при неусыпном бдении охранников и букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади контролем Мэла.

А вот будь у меня щит, я бы развернулась вширь и вглубь. Но Мэл не понял намеков. Он пережил немалое потрясение, приехав домой и прочитав анонимную записку.

Да еще мой телефон ответил глухим молчанием. Да и мне станет спокойнее. Поэтому из тысячи зол он выбрал, по его мнению, наименьшее. Сlipo intacti позволил ходить по институту без опаски получения коварного заклинания в спину. Правда, мне понадобилось время, чтобы вернуться к прежней самостоятельности, потому что я успела привыкнуть к невозмутимым охранникам, защищающим тылы.

Мэл, уезжая на работу, отправлял по нескольку телефонных сообщений, спрашивая, как проходит день, и не навредил ли мне кто-нибудь. Думаю, одной из причин, по которым он не хотел, чтобы телохранители покидали свой пост, стало то, что лопнул мыльный пузырь обществен- ного вакуума.

Я разгуливала по переходам и коридорам, сидела на постаменте у святого Списуила, и со мной мог заговорить любой студент. К примеру, долговязые четверокурсники могли сказать, проходя мимо: "Эй, цыпа, пойдем, потремся в юго-западном коридоре" или подсесть в библиотеке: "Ой, девушка, а что вы читаете?

А можно с вами познакомиться? И что же, теперь не жить? От жизни не спрятаться, отгородившись высокой стеной. Мэл подстраховывался. Он привлек Макеса и Дэна, чтобы те приглядывали за мной, вернее, за потенциальными инвалидами и покойниками, посмевшими вести дерзкие разго- воры с его девушкой.

Я поняла это, когда в холле Макес отфутболил привязавшегося ко мне третьекурсника с элементарки, а в архиве Дэн заставил пересесть долговязого четверокурс- ника за букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади стол. С крайней букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади я спустилась на подъемнике и открыла дверь помещения, в кото- ром когда-то познакомилась с Радиком.

Если бы не нужда — подготовка реферата по общей теории висорики — подвальные коридоры не увидели бы мою физиономию до окончания института. Архив изменился. На месте растений поставили столы, расширив посадочную зону. Архивариус — мужчина средних лет и невысокого роста — не в пример скучности казенного помещения, имел колоритные густые усы, тянувшиеся от верхней губы по щекам.

Взяв подборку журналов "Висорика в быту", я устроилась за последним столом, но забыла о цели прихода, увлекшись рассматриванием необычных усов нового хозяина архива. Тут подошел невесть откуда взявшийся Дэн, кивнул мне, поздоровавшись, и сказал что-то парню на ухо. Тот вскочил и пересел за первый стол. Иных желающих пообщаться с дочкой министра не нашлось. Ни в жизнь не поверю, что на них действует твой синдром. И за борзость ответят. Что ты им должен? Видишь ли, существует разница между тёл… девушкой, которую клеишь на вечер, и девушкой твоего друга.

Особенно, если они живут. Это святое. И если Мак или Дэн попросят — я тоже помогу. Однако мужской пол своеобразно классифицирует подружек, разделяя на временных и постоянных.

Интересно, на каком этапе и по каким критериям тёлка переходит в категорию постоянных девушек? Плюс или минус индивидуальных занятий состоял в том, что я стала лучше "читать" людей по их поведению, по характерным словам и жестам. Если раньше, при взгляде на чело- века, возникала мысль: "Наверное, он растерялся" или "Вероятно, он расстроен", то сейчас диагноз определялся с максимальной точностью: "Неуверен в себе" или "Завидует". Разви- ваясь, интуиция позволила мне тоньше чувствовать неискренность, наигранность и букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади в словах.

После повторного трудоустройства я посетила родной деканат и Стопятнадцатого в. Странно, что он настой- чиво предлагает место младшего лаборанта.

Возможно, он выделил вас из сонма однокурсников, ведь вы ходили на пересдачи в единственном числе. Поэтому и поразили Франца-Иосифа объемом знаний, что неудивительно при подходе современной молодежи к учебе, — вздохнул мужчина.

Я прощупаю почву в данном направлении. Лучше упредить и пресечь сразу, чем пожинать плоды впоследствии. Вы спрашиваете о юношах во второй. Да потому что я наконец-то отпиналась от назойливых телохранителей и рассчиты- вала связаться с кем-нибудь из ребят в солнечной униформе. Агнаилу через завхозшу. Мы с ним так и недоговорили о побережье и о маме. Интересно, как горнист распрощался со своей возлюбленной?

Плакала ли она и обещала приехать к юноше на родину? Ведь полгода назад между ними вспыхнули сильные чувства, практически на моих глазах. Помнит ли Агнаил о просьбе, высказанной мною на чердаке? Это же нежить, — поспешил успокоить декан, увидев, как у меня округлились.

В качестве лаборанта, вы, милочка, познакомитесь с этой замечательной конструкцией. В ней уничто- жают неудачные результаты экспериментов, которые невозможно использовать повторно через сортировочную утиля. Да уж, замечательная конструкция. Солярий, можно сказать. Все хотят жить, даже неживые. Признаться, мелькнула мыслишка. Зарплата маленькая, ответственность боль- шая, работы невпроворот.

Только особо нуждающийся ринется на предложенную долж- ность. Или невидящий, считающий каждый висор. Почему бы ему не оказаться родом из тех же мест, что и мой бывший начальник?

С тем, кто укусил меня? Было бы некрасиво держать вас в неведении относительно природы рисунка. Есть причины для беспокойства?

Проявились тревожные симптомы? После лечения в стационаре рисунок пропал и больше не появлялся. Он — прекрасный специалист. Альрик рассказал бы поболе. Букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади предположить, что презент таинствен- ного жителя больше не проявится. Существо, обитавшее в подвалах, погибло. Ведь одним из дел, осуществленным без неусыпного контроля охранников, стал визит к коридорному ответвлению неподалеку от архива.

Из темноты тянуло затхлым теплым воздухом, но никто не встретил меня и не обнял беспросветностью ночи — ни через десять минут и не через двадцать. Ни через полчаса. И я решила, что Некта спит или гуляет на другой половине институтских катакомб.

Стопятнадцатый рассказал вкратце историю гибели существа, подарившего мне стран- ное "колечко". Оказывается, житель подземелья по неосторожности сгорел в электрическом свете.

Вот почему он жил в темноте, а зону его обитания оградили ярко освещенными кори- дорами. Поселившись в подвалах, Некта стал язвой в теле института. Какой толк с неизвест- ного науке существа, если оно не идет на контакт и не желает сдаваться на опыты? Поэтому с его гибелью руководство института вздохнуло с облегчением. А во время летних каникул в подвалах планировались восстановительные ремонтные работы пустующих помещений. Известие о печальном исходе Некты букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади отпечаток на настроение, ввергнув меня в меланхолию.

Кем бы ни было существо, поселившееся в подвалах после неудачного экс- перимента, оно не желало мне вреда. Наоборот, помогло выплакаться после гибели Радика. Почему оно попало в свет ламп? Сгорело заживо. Испытало невыносимую боль. Или оно считалось неживым, как крылатый упырь из лаборатории Царицы? Может, на жителя ката- комб повлиял мой синдром? Вышел в освещенный коридор и вспыхнул как спичка.

Еще один самоубийца. Нигде не спрятаться от моего дара, разъедающего дух живых и неживых. В любом случае Некта — жертва науки, пострадавший во имя великой висоратской цели. И его не спрашивали о добровольном участии в опытах. Вдобавок он получил дозу облучения моим синдромом. Мэлу незачем знать. Для него я и так скопище аномальных ненормальностей, которые притягиваются ко мне магнитом. Город нырнул в праздник, превратившись в огромное оранжево-зеленое пятно. Флаги, плакаты, транспаранты, народные гулянья, концерты под открытым небом, иллюзии, валя- щиеся как из рога изобилия, цертамы5, транслируемые на всю страну, национальная лотерея, конкурсы мастерства и талантов — за один день всего не охватить.

Этот праздник отдавал для меня горечью. День независимости стал символом разде- ления людей на висоратов и на тех, кто не видит волны. И отмечали его первые. Они под- тверждали свое превосходство, свою избранность и обособленность.

Свою великую миссию в современном мире. В этот день слепошарые предпочитали сидеть по домам и не высовы- ваться, чтобы, не дай бог, не влипнуть в неприятности, столкнувшись в переулке с компа- нией подвыпивших висоратов.

И те, и другие — человеки. И у тех, и у других — по два глаза и одному носу, оди- наковое количество пальцев на руках и на ногах, голова поворачивается на шее.

По какому праву людей сортируют на две касты? По поводу праздника в Доме правительства организовали прием. Мэл тащил меня на веревке, потому как мне ужасно не хотелось идти. Но нельзя игнорировать приглашение, когда во главе мероприятия стоит премьер-министр. Интуиция не подвела. Как я ни пряталась в тени, избегая общения с гостями, а торже- ство на высшем уровне прошло со скандалами, с драками и нарушением запрета на исполь- зование волн.

Мэл держался настороже, ожидая подвоха в любой момент. Конечно же, правительственный прием посетили родители Мэла и мой отец с мачехой. Я видела, как папуля целовал руку супруге премьер-министра. Но помимо пряток за пор- тьерами случилось нечто невероятное. Мэл познакомил меня букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади своим дедом.

Нет, точнее, представил своему деду. Тому, который родил и воспитал Мелёшина-старшего с Севолодом, и который имел право голоса в Высшем правительственном суде.

От волнения я вцепилась в руку Мэла. Если Мелёшин-старший вызывал у меня без- отчетный страх, то самый старший Мелёшин излучал противоположные эмоции — добро- желательное и доверительное спокойствие.

Уж точно благородный лев. Военная выправка, прямая осанка, гордый профиль — так и просится на монеты. Понятно, почему Мэл равнялся на деда. Я бы тоже тянулась за его знаниями, опытом и мудростью. Присела в легком книксене, а дед Мэла рассмеялся. У них много общего, — отметилось машинально. Одинаковый смех, к примеру. А еще одинаковый прищур глаз и оценивающий взгляд. И одинаковые интонации. И тембр голоса.

Дед Мэла поцеловал мне руку, вызвав прилив смущения. Я сегодня без дамы, — предложил локоть. Я растерянно оглянулась на Мэла, и тот кивнул согласно. Наша маленькая компания двинулась по людскому течению.

Что ответить? Говорить искренне или нести высокопарный бред, как научил папенька? Много народу. Зато есть возможность закрепить старые связи и создать новые. Вдруг впереди началась сумятица, и образовался затор. Мэл схватил меня за руку, огля- дываясь тревожно по сторонам. Мимо, расталкивая толпу, прошли дэпы.

Через пару минут движение по кругу возобновилось. Дамы рьяно обмахивались веерами и обсуждали напере- бой новый скандал. Но встречаются и сильные особи. И за их души велась и ведется борьба, начиная с сотворения мира. Что-то проходит через сетку, а что-то задерживается.

Вопрос в том, что важнее: просеянное или остатки? Из муки испекут хлеб. А остаются комочки, грязь, крупные частички. Всё лишнее. А вдруг важно оно, а не то, что просеялось?

Знать бы, кто он, и какова его цель. Как обстоят букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади на учебном фронте? Мэл поведал. Он рассказывал снисходительным тоном, особенно когда затронул тему заклинаний, изменяющих физику и химию тел, а дед кивал.

Мэл изучил большую часть заклинаний этой группы еще на втором курсе, что и продемонстрировал однажды в столо- вой, растворив поднос однокурсника вместе с содержимым. Также он не утаил, что я полу- чила щит и с середины июня начну работать младшим лаборантом. Я смутилась, а Мэл изобразил покорность судьбе.

Теория снадо- бий — ваш конёк? А конёк или нет — пока не знаю. За разговором мы вывернули в центр зала, к группкам общающихся гостей. Дед Мэла поцеловал мою лапку и отправился пожимать руки седовласым старикам неподалеку. Фу-у, — вздохнула я с облегчением. Оказывается, нервы напряглись как тетива у лука.

Уровень интеллекта зашкаливает. Зачем он завел речь о сите? Пошли, прогуляемся. Мы прошлись по залу, присоединяясь к компаниям беседующих гостей. Дамы прикры- вались веерами, чтобы спрятать зевоту, мужчины чинно обсуждали насущные проблемы.

А у меня не получалось спать на ходу. Я вслушивалась в разговоры и умудрялась вставлять реплики. Когда мы отошли в сторону, чтобы присесть и отдохнуть, Мэл сказал: — Это были мои работодатели. Опозорила тебя, да? Надо было молчать. Ты потрясла их тем, что слушала и вникала. На сегодняшнем приеме появилась и Снегурочка или Августа Аксёнкина. Я увидела ее издали. Бывшую почти невесту Мэла сопровождал высокий светловолосый мужчина, гораздо старше своей спутницы.

Пожалуйста, пусть о нас забудут — попросила я у небушка. Приглашение, и правда, принесли позже на имя Мэла. А меня проигнорировали. Мэл любил развлекаться, и еще. И чем меньше оставалось вре- мени на развлечения, тем больше он ценил. Когда улеглись страсти с разоблачением Ромашевичевского, и жизнь потекла по более- менее устоявшемуся руслу, выяснилось, что у Мэла есть друзья-приятели, причем немало.

Он по-прежнему принадлежал к "золотой" молодежи и начал втягивать меня в эту тря- сину. Иногда компанию составляли Макес или Дэн. Первый появлялся каждый раз с новой подружкой, а второй — через раз, чередуя с одиночеством.

Ходит по необходимости с дочкой зама одного министра, но без долгоиграющих планов. Дэна давно повязали, но у его батяни не клеится с будущей родней. Похоже, скоро Дэн станет свободным и бесхомутным. О нестабильности в брачных вопросах мне сообщила Баста. В частности, Дэн Сахарок уже как с год дал благородное обеща- ние дочери начальника Департамента по науке. Но над высокопоставленным чиновником нависли грозовые тучи.

Что-то не ладилось в его ведомстве, и со дня на день Дэну проро- чили пополнение рынка холостяков. Баста фыркнула: — Знаешь поговорку, вернее, вторую её часть? Вот. Невестушка стала неугодной — за борт её. И ведь не виновата ни в. Просто папаша попался на воровстве казенных денег. А Дэна повяжут с другой претенденткой, до поры до времени.

Однажды я спросила в столовой у Макеса: — Можно обращаться к тебе по имени? Тот поперхнулся и облился соком. Я не. Так Макес стал Максимом, а Дэн — Денисом, и оба выглядели ошарашенными куль- турным переименованием.

Мы катались на магнитных роликах и ходили в бассейн — огромные прямоугольные чаши, устроенные в пять рядов под открытым небом. Мэл зазывал и на теннисный корт, но моей выносливости хватило на первые пять минут. Побывали и в знаменитом парке лабиринтов из тиса, что в пригороде столицы. В гала- лабиринт я не рискнула сунуться и кое-как отговорила Мэла. Кому как, а меня десять гектаров зеленых стриженых насаждений совершенно не вдохновили.

Нам хватило плутания в минилабиринте "Малышок". Стены — по пояс, можно использовать волны для поиска нужного направления, есть смотровые площадки для обзора с высоты, а всё равно мы кружили по нешироким проходам до позднего вечера, успе- вая отдыхать на скамейках и освежаться холодной газированной водичкой, продаваемой в небольших киосках. И ведь дошли. Получили приз — большой желтый шар, накаченный каким- то газом.

Я прихватила выигрыш в общежитие, и Мэл привязал шар за длинную веревку к оконной ручке. Теперь над общагой гордо реяло, как флаг, местное солнце. Однажды Мэл взял меня на букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади рогейн6. В команде с ним участвовали Дэн и куче- рявый парень с прозвищем Лимон, знакомый по "Лицам года".

Рогейн мне не понравился. Бесконечная езда по столице. Суть в том, чтобы отыскать нужное место по снимкам отдельных участков города, сделанным со спутника. Первона- чальное изображение дают в большом масштабе, а с каждым последующим этапом картинки укрупняются. Искомые точки отмечены крестиками. Ни названий улиц, ни номеров домов, ни прочих привязок. Поди ж догадайся, как попасть в требуемое место!

И хорошо, если участникам раздают цветные картинки. Это на перекрестке Свободного и Поч- товой! И машина мчится по городу кратчайшими путями, чтобы обогнать тридцатку конку- рентов и первыми заполучить ключ к следующему этапу. Чем дальше, тем меньше ориен- тиров на картинках. Это выход к Арене, — изучает бумажку Дэн. Он увлекся и забыл о присутствии дамы. Впрочем, как и остальные участники. Помощи от меня как от козла молока. Вдобавок наша команда проиграла. Лимон ока- зался прав: следовало свернуть в порт.

На этой ошибке и потеряли время. Но и то неплохо — пришли к финишу третьими. Не забывал Мэл и о цертамах, вернее, о деньгах, которые крутились на нелегальных сборищах, и о возможном заработке. Как-то мы поехали на ночную цертаму в заброшенные доки — через мост на другую сто- рону реки, вверх по течению.

Машины с зажженными фарами расставили полукругом для освещения площадки с нагромождением пустых контейнеров. Вокруг непонятные металли- ческие конструкции, бетонные сваи, ржавые корпуса траулеров, заваленные набок остовы грузовых кранов. Народу — уйма, светло как днем. Мэл и Дэн записались на участие, а Макесу поручили приглядывать за мной, поэтому он приехал на развлечение без очередной подружки.

Разыгрывали soluti7 с условием: пробить отверстие в стенке контейнера. Для победы учитывалось расстояние, с коего участники бросали заклинание, а также величина дыры. Организаторы отмерили семь метров от наставленных рядами контейнеров и очертили полосу мелом. Дэн стрелял с установленного правилами расстояния. Встал поустойчивее и погнал невидимые волны в сторону объекта. Металл вздулся, и вдруг пузырь лопнул, образовав отверстие.

Зрители одобрительно засвистели. Дыра постепенно ширилась, отекая тягучими каплями, под крики поддержки со стороны болельщиков.

Зрелище казалось невероятным чудом: металл плавился при уличной температуре, без подогрева или выделения тепла. Таял как мороженое в жару. Отверстие достигло внушительных размеров, прежде чем его созда- тель опустил руки. Толпа засвистела и захлопала. Мэл отошел на два метра от мелованной полосы и определил целью помятый контей- нер слева.

Мой мужчина ловко управлялся с невидимыми волнами, а я любовалась им, его сосредоточенностью и целеустремленностью. В итоге он пробил отверстие чуть меньшего размера, чем Дэн. Организаторы подсчитали результаты, приравняв удаление от черты к уменьшению диаметра дыры. Вышло, что Мэл и Дэн набрали одинаковое количество очков.

По-моему, нечестно. Просто и гениально. Нарушение клятвы чревато для того, кто её дал, поэтому волей- неволей приходится быть честным. А выигрыш забрал незнакомый парень, обогнавший Мэла и Дэна всего лишь на пару очков. Мы пытались ходить на вечеринки. Сперва Мэл отвечал отказами на предложения покутить. Мало ли, народ развлекается в нетрезвом состоянии, а тут мой синдром окутает толпу пьяненьких туманом.

Недолго и до поножовщины. Даже мой сlipo intacti не вдохновил Мэла на посещение шумных гулянок. Наконец, Макес его уговорил: — Выглядишь как консерва. Отдохни, расслабься. Народу будет. Все. Гульнём, вспомним старые времена. Мэл покосился на меня: — Посмотрим. Можно пить, а можно не пить. Можно танцевать, а можно сидеть. Смысл в том, что напиваются в зюзю и вытворяют черт те. Правда, он и сам не пылал охотой. И все равно схитрила, купив трикотажное облегающее платье с длиной бахро- мой — на три сантиметра выше, чем отмерил Мэл.

Мой наряд оказался самым целомудренным. Девицы разве что нагишом не разгули- вали, выставляя на публику соблазнительные выпуклости. Гулянку организовал один из при- ятелей Мэла — на Кленовом листе в фешенебельном жилом районе.

Прекрасная звукоизоля- ция, — пришла я к выводу, когда через отворившуюся дверь хлынула в подъездный коридор зашкаливающая басами музыка. Соседи и не догадывались, что тихий вежливый мальчик устраивает за стенкой оргии в отсутствие родителей.

А сам пялишься на них, — показала я пальцем на девицу в ультракороткой юбочке, танцующую на столе. В общем, приватная вечеринка мне не понравилась. Много пили, шумели, висли друг на друге, пошлили. Девчонки ругались как грузчики и без конца курили.

Дэн не приехал, а Макес уединился в одной из комнат с двумя девицами. Конечно же, я удостоилась чести познакомиться с бывшими подружками Мэла.

Они не цеплялись ко мне открыто и не провоцировали, но случайными фразами давали понять: у них БЫЛО с Мэлом. А потом смотрели на мою реакцию. На вечеринке темненькая и высокая девица, одного роста с Мэлом, подвыпив, ухвати- лась за его руку. А может, не выпила, а нанюхалась или накурилась. Её прилично шатало. Она трудом стояла на ногах, а точнее, на высоких шпильках. Говорят, ты остепенился. Неужели женишься и начнешь плодить детишек?

Он оторвал от себя приставучую девицу. Слава богу, не с. Но бывшая подружка не послушалась и переключила внимание на. Мэл не пропускает ни одной юбки. Не успеешь отвернуться, а его шаловливые ручки тут как. Да, зайчик? Мэл букмекерская контора завела для хранения результатов скачек 52 лошади протянутую руку. Похожа на ведьму, — сказал девице. С той спал весь хмель, и она ретировалась в ванную комнату. Мэл не перестает удивлять. Оказывается, он знает эффективные способы протрезвле- ния.

Я думала, она тебе —. Плевать на неё. Поехали домой. Собирался отдохнуть, а устал как собака. На обратном пути Мэл остановил машину в кармане на "черешке" Кленового листа и помог мне спуститься по протоптанной тропинке к берегу озера.

Вверху проносились машины, слева громоздились небоскребы центра столицы, справа высился элитный район. На востоке небо наливалось темнотой, постепенно пропитывающей пространство над нашими головами и вытесняющей отсвет ушедшего за горизонт солнца. Мэл разложил на бетонном выступе пиджак и сел, а я примостилась у него на коленях. Перед нами плескалось озеро. Вдалеке сидели рыбаки с удочками, на противоположной сто- роне пара скутеров волновала водную гладь.

Тихий теплый вечер привнес умиротворение, погасив взбудораженность после неудавшейся гулянки. И мне нравилось. В детстве ты играл в машинки, а теперь сидишь за рулем. Баста считает дни до двадцатилетия. Она будет отрываться так же, как эти девчонки? Отец не позволит. Маська навязывалась и на гонки, и на цертамы, но брать её — себе же дороже. Может проболтаться сгоряча.

Они пьют ведрами. А глаза… Ты видел? Всё предусмотрено. Есть множество средств, мгновенно приводящих в чувство. Пару раз и я принимал. И вкалывал. Пока не прижало поджелудочную. Лучше потратить свободные минутки на что-нибудь по-настоящему полезное. Его пальцы скользнули под бретельку платья и спустили с плеча, а губы проложили обжигающую дорожку — вниз по шее к ямке между ключицами.

Самое время отрешиться от действительности и ответить Мэлу тем. Вечер, начавшийся неважнецки, выправился романтичным уединением на берегу озера. Непривычно находиться в многомиллионном городе, а рядом никого. Та девица, что липла к Мэлу, оказалась недалекой особой.